Волк – дикое хищное животное. Описание и фото волка обыкновенного. Интересные факты о волках Понять что волк

В ранних скотоводческих сообществах, волк представлен как хищное творение природы. Огромный ужасный волк одновременно символизирует прожорливость и сексуальность. Истории о ведьмах, превратившихся в волков, и о мужчинах, ставших оборотнями, олицетворяют страх перед одержимостью демонами и мужским насилием. Волк. Священен как для Аполлона, так и Марса и потому иногда является их атрибутом. Волки могут везти колесницу последнего.

Особенно трепетно древние римляне относились к волку, ему был посвящен праздник Луперкалии. С волками были связаны разные поверья. Считалось, что волчий жир и части тела волка помогают от болезней. При бракосочетании, когда новобрачная входила и дом жениха, порог натирали волчьим жиром. О связи культа волка с браком говорит поверье о том, что волчица всегда сочетается браком с супругом в присутствии почтенных свидетелей-волков, а овдовев, никогда больше не вступает в брак. Поэтому римляне уважали женщин, состоявших в браке только один раз. Очень распространена была вера в то, что некоторые люди могут превращаться в волков. Человек которого волк, выйдя из лесу, увидит первым, по преданию лишался голоса. Шерсть и кончик волчьего хвоста помогали добиться любви.

Согласно красивой легенде, Ромула и Рема вскормили волчица и дятел, благодаря чему они не погибли и выжили. В Риме даже был установлен памятник волчице, вскормившей младенцев. Удивительные сообщения о “волчьих детях”, т.е. о детях, воспитанных волчицей, и не только в Индии (см. “Маугли” Киплинга), но также известные в европейском фольклоре, возможно, навеяны этой римской легендой о Капитолийской волчице.

В древности считалось, что волчицы необычайно сексуальны; поэтому в Древнем Риме «волчицами» (лат. lupae) называли проституток.

Волчица - это животное-тотем, Lupa, истинная мать Ромула и Рема. Тем же словом - Lupa - называли и блудниц. На латыни бордель назывался волчьим логовом (lupanar).
Почему в латинском языке "волк", "волчица", "проститутка" ("блудница") и "публичный дом" являются однокоренными словами - науке неизвестно, но факт есть факт.

Волчица, выкормившая основателей Рима, - образ горячей материнской заботы, который встречается и в индийском фольклоре. Это может объяснить многочисленные истории о волках-прародителях - например, легенда о Чингисхане

В христианском образном мире волк выступает в первую очередь в качестве символа дьявола, угрожающего стаду верующих. Лишь святым дана сила любвеобильного убеждения, чтобы превращать дикость свирепого зверя в “набожность». В позднеантичном раннехристианском “Физиологусе” волк “есть хитрый и коварный зверь”, который при встрече с человеком прикидывается парализованным, для того чтобы потом совершить нападение. “Святой Василий сказал: “Таковы хитрые и злобные люди. Встретив добрых людей, они притворяются совсем невинными, как будто они зла и в мыслях не имели, но их сердце полно ожесточения и коварства”. “Волк в овечьей шкуре” - символ лжепророков-соблазнителей, цель которых - погубить простодушных. Известны языковые образные выражения, например: “Доверить волку пасти овец”; “С волками жить, по-волчьи выть” (т.е. приспосабливаться к сильнейшим) и др.

В средневековой книге о животных (“Бестиарий”) волк характеризуется как дьявольское животное; глаза волчиц, которые светят ночью как фонари, лишают человека чувств. Черт также лишает человека силы кричать (молиться), и глаза его при этом излучают свет, “потому что некоторые дела черта ослепляют и безрассудные люди попадаются”

Иначе выглядят легенды, в которых волчицы ласкали и воспитывали детей (как, например, в северокитайском мифе). Итак, наводящий ужас хищник при определенных обстоятельствах мог стать могучим защитником беспомощных созданий, хотя в силу его двойственности ужас перед “злым волком” преобладает.

Волк. Свирепость, коварство, жадность, жестокость, зло, но также храбрость, победа, забота о пропитании. Считающийся ненасытным чудовищем,- один из мистических символов древнего солярного культа. Это животное, чье имя означает “свет” в переводе с греческого, почитался в образе Аполлона, светоносного божества. Материнский символ, ассоциируемый с идеей плодородия (волчица вскормила Ромула и Рема).

Его негативный аспект отмечен египетской культурой, где он воплощал разрушительную силу солнца, и кельтской мифологией, представляющей Локи, великого разрушителя, в образе волка.

Этот грозный образ бытует в сказках и легендах, где волк олицетворяет кровожадность, вышедшую из-под контроля, и примитивную силу, присутствует в качестве лицемерного искусителя, алчного, бессовестного самца-соблазнителя Красной Шапочки.

Практически, из современной обработки сказки Берн вторично извлекает её архаическую подоплёку, но представляет соблазнителем не волка, а саму Красную Шапочку, воплощающую в жизнь один из подростковых сценариев.

Этот архетипический образ разгулявшегося либидо близок чудовищу из легенд и воплощает прожорливость, эгоистические тенденции, асоциальные, необузданные, разрушительные тенденции “Эго”.

Волк - это, в первую очередь, высший символ свободы в животном мире, символ самостоятельности. (Тогда как, так называемого царя зверей - льва дрессируют в цирке.) Волк - это и символ бесстрашия. В любой схватке волк борется до победы или до смерти. Волк не подбирает падаль, а значит - это и символ чистоты. Волк живет семьей, ухаживает только за своей волчицей-женой, и сам волк-отец воспитывает своих детей-волчат. У волков не существует такого порока, как прелюбодеяние. Волк - это и символ высокой нравственности, преданности семье. (Чего не скажешь о самцах других животных.)

В природе волки моногамны, то есть на одного самца приходится одна самка. Кроме того, для волков типичен семейный образ жизни: они живут стаями от 3 до 40 особей - семейными группами, состоящими из пары вожаков - альфа-самца и альфа-самки, их родственников, а также пришлых одиноких волков. Пары образуются на неопределённо долгий срок - до тех пор, пока один из партнёров не погибает.

О том, что у самки наступает течка, самец узнаёт по запаху феромонов. С наступлением брачного периода, который в зависимости от широты приходится на январь-апрель, в стае нарастает напряжённость: самец и самка доминирующей пары агрессивно охраняют своего партнёра от других членов стаи, а вокруг молодых и одиночных старых волчиц собирается группа самцов, между которыми возникают ожесточённые драки, порой со смертельным исходом.

В Древнем Китае волк также воплощал алчность и жестокость; “волчий взгляд” означал недоверие и ужас перед сбивающимся в стаи хищным зверем. Лишь у степных тюркских народов волк воспринимался как родовой тотем, отсюда знамена и штандарты с волчьей головой. Символ волка вбирает в себя много положительных качеств, и, бесспорно, поэтому, он издревле является тотемом у тюркских народов.

Волк - символ справедливости и честолюбия. В обычных условиях волк не допустит, со своей стороны, обидеть более слабого. Наши древние предки передали нам высшую философию через образ волка.

Они свирепые и опасные. Вероятно, так скажет о волках тот, кто почти ничего о них не знает. На самом деле на людей волки нападают очень редко. Как и все хищники, они охотятся, чтобы прокормиться, и живут своей жизнью, стараясь держаться подальше от людей.

Предки собак

Волки обитают на Земле уже более миллиона лет. Произошли они от плотоядных хищников, живших 100 миллионов лет назад, а около 20 миллионов лет назад от волка произошли собаки.

Волчьи

Род волки (Lupus) объединяет волков, койотов, шакалов, диких и домашних собак - наиболее крупных представителей семейства волчьих. Кроме того, к этому семейству относятся все лисы, песцы, енотовидная собака и гривистый волк. Как и собаки, волки очень понятливы и легко поддаются обучению. К тому же у каждого волка особый характер: есть осторожные, дерзкие или самоуверенные, они держатся в волчьем обществе свободно и непринужденно, а других не видно и не слышно.

Волки обитают в горах, лесах и на равнинах Северного полушария. Подобно всем живым существам, они, как говорят биологи, занимают в дикой природе свою экологическую нишу. На территориях своего обитания волки являются самой много численной группой из тех хищников, что охотятся на крупных млекопитающих.

Волк - большой?

"Большой", - не очень подходящее определение для волка. Обычно волк-самец весит около 50 килограммов, волчица - килограммов на 5 меньше. Их высота в холке - около 75 сантиметров, а длина от носа да кончика хвоста достигает 1,5 - 2 метров.

Жизнь в стае

Волки - общественные животные: они живут семьями. В любой стае есть свой "табель о рангах", а в нем каждому отведено свое место. Сильные и агрессивные волки верховодят, а те, кому нужна твердая рука, подчиняются им. Волчью стаю - группу животных, связанных родством и взаимной симпатией, - возглавляют волк и волчица. Остальные ее члены - их отпрыски (от крохотных щенят до 2-3 летних подростков). Обычно в волчьей семье бывает 6 - 7, а иногда и 15 животных. Самый сильный волк в стае становится вожаком. Править ему помогает подруга - волчица. Чтобы остальные подчинялись, лидеры должны обладать сильным характером. Все решения, касающиеся жизни стаи, принимает именно эта пара. В стае, где за порядком следит вожак, волки между собой обычно не дерутся. Однако с чужаками или нарушившими границу владений волками-одиночками стычки случаются часто. Каждая волчья стая охотится только на своей территории. Хозяева строго охраняют и метят ее, предупреждая соседей, что им следует держаться подальше. Любой непрошеный гость будет наказан. В больших стаях часто бывает так, что какого-нибудь волка травят все его сородичи. Иногда отверженному становится совсем невмоготу, и он вынужден покинуть стаю.

Почему человека-нелюдима называют волком-одиночкой? Потому что он напоминает волка, который ушел из стаи и живет сам по себе. С течением времени в стае происходят изменения. Претенденты на роль вожака остаются в стае и ждут своего часа. Другие волки, повзрослев, уходят, чтобы скитаться в одиночку. Но и они могут создать свою стаю, если им повезет встретиться с одинокой волчицей. Если волк и волчица хотят править стаей, они должны подчинить своей воле всех остальных ее членов и заставить их беспрекословно выполнять свои законы. Вожак господствует над самцами стаи, а его подруга поддерживает порядок среди волчиц. Вожаки постоянно напоминают своим "подчиненным", кто в стае хозяин: рычат на них, кусают, гоняют и даже сбивают с ног, предпочитая проделывать это на глазах у всей стаи. Одного сурового, пристального взгляда вожака или его подруги достаточно, чтобы те, на кого он нацелен, покорились. Заискивающе ухмыляясь, волки валятся на землю, а затем, если удастся, крадучись убегают. Иногда они ложатся на спину, как бы говоря: мы знаем, кто здесь самый главный. То, как волк держит хвост, говорит о его положении в стае. У вожаков он высоко поднят, у их "поданных" опущен, а стоящие на низшей степени в волчьей семье поджимают хвост. Члены стаи выказывают вожаку любовь и уважение в приветственной церемонии. Ползком, с прижатыми ушами и приглаженной шерстью они приближаются к вожаку или к его подруге, лижут и осторожно покусывают ему морду.

Волки - одни из самых верных животных, они сильно привязываются к товарищам по стае. Свои чувства они выражают мимикой и телодвижениями. "Волчий язык" сплачивает стаю и помогает ей действовать заодно. В приливе нежности волки облизывают друг друга и трутся мордами. Хвост нужен волку и для того, чтобы выражать свои чувства. Если хвост задран и его кончик немного изогнут, это означает, что волк вполне уверен в себе. У дружелюбно настроенного волка хвост опущен, но самый кончик его смотрит вверх. Волк с поджатым хвостом либо чего-то боится, либо так сообщает о своей симпатии. Морды волков очень выразительны. Испугавшись, волк прижимает уши и изображает подобие улыбки. Разъяренный волк оскаливает зубы, а стоящие торчком уши разворачивает вперед. Почувствовав опасность, он отводит уши назад, оскаливается и высовывает язык. Товарищи понимают, как себя вести, чтобы сохранить мир в стае.

Прирожденные охотники

Волки созданы для охоты самой природой. Зимой волк на снегу оставляют аккуратную цепочку следов - он ставит заднюю лапу точно за передней. Благодаря такой поступи он может бегать по любой местности и даже по глубокому снегу. Оружие волка - это зубы. Их в его пасти целых 42. Впереди торчат 4 острых, кривых 5-ти сантиметровых клыка - по два сверху и снизу. Ими волк может прокусить плотную шкуру жертвы. А хищными, или плотоядными, зубами - так называют коренные зубы всех хищников - взрослый волк разгрызает даже бедренную кость лося. Охотнику нужен тонкий слух, и в этом отношении волкам повезло. Заслышав шум, они поводят ушами и определяют, откуда исходит звук. Источник звука может находиться в нескольких километрах от них. Волки охотятся почти бесшумно, ведь они бегают на самых кончиках пальцев. Так же как лошади и кошки, волк пяткой не касается земли. У него сильные мускулистые ноги и размашистая походка, и он может долго бежать рысью со скоростью 9 км/час, а в погоне за оленями и лосями разгоняться до 60 км/час. На охоте нос, а не уши или глаза, первым подсказывает волкам, где нужно искать добычу. По ветру они улавливают запах даже самого мелкого животного, находящегося в 1-2 километрах от них, когда его еще не слышно и не видно. Благодаря острому обонянию волки могут преследовать жертву по следам. От мороза волка защищает густой мех длиной до 8 сантиметров. Ближайший к телу слой меха – подшерсток, а наружный образован жесткими, длинными, черными на концах остевыми волосами. Они отталкивают воду, и подшерсток не намокает. В таком плаще с меховым подбоем волку не страшна не погода.

Стая на охоте

Волки – плотоядные (или хищные) звери. Они охотятся группами. Голодному волку, чтобы насытится, иногда хватает и небольшого животного – бобра, кролика, мыши или птицы. Но всей стае этого недостаточно, ей нужна крупная добыча – олень, лось или баран. Их не зря называют санитарами – ведь, как правило, их жертвами становятся старые, больные или неопытные животные. С больным животным исчезает очаг заболевания; если убит старый зверь, молодым и сильным достается больше еды. Эта биологическая регуляция численности способствует выживанию сильных, здоровых животных, как среди охотников, так и среди их возможных жертв. Хотя волки считаются беспощадными, удачей оканчивается лишь каждая десятая их охота. Бывает, что, потратив дня три на выслеживание и преследование стада оленей или лосей, волкам удается убить лишь несколько животных. Почему? Быстроногие олени могут убежать, а лоси – дать достойный отпор: этим 600-килограммовым гигантам с острыми рогами и тяжелыми копытами ничего не стоит проломить волку череп. Волки могут обходиться без пищи две недели, но если уж на охоте повезло, они наедятся до отвала. За один раз взрослый волк может съесть до 10 килограммов мяса! Иногда волки прячут часть недоеденной добычи про запас – затаскивают в яму и забрасывают чем-нибудь сверху. В случае неудачной охоты они вернуться к этому тайнику и выкопают спрятанный обед. Выживание стаи зависит от размеров ее охотничьих угодий, поэтому волки защищают их не на жизнь, а на смерть. Границы территории (она бывает 50-1500 кв. км в зависимости от того, на каких животных охотится стая) волки обозначают пахучими метками – обрызгивают мочой пни и крупные камни – и оповещают соседей о своих правах воем.

Волчьи игры и забавы

Волки не всегда охотятся, рычат и бывают свирепыми. Первое, что сделает волк, наполнив желудок, - свернется клубочком и хорошенько вздремнет. Проснувшись, с удовольствием порезвится. Если ему захочется поиграть, он пригласит присоединиться к нему и сородичей. Низко припадая на передних лапах к земле, он приблизится к ним и, виляя хвостом, скажет: «Ну пожалуйста!» Никакого ответа? Тогда, что бы привлечь к себе внимание, он начнет прыгать из стороны в сторону, совсем как собака.

Волки и люди

Кто не боится злого волка? С детства, когда нам читали сказки «Три поросенка», «Красная шапочка» и «Волк и семеро козлят», мы затвердили, что волки злые и страшные. На самом деле они не причиняют зла людям. Но, несмотря на это, люди убивают их.

Волк, волки, о волках, правда о волках

Мы часто произносим поговорку: "С волками жить — по-волчьи выть", но никогда при этом не задумываемся над тем, а зачем же волкам вообще нужно выть. Более того, долгое время и зоологи не знали этого. И лишь недавно ученые из Австрии смогли разгадать древнюю и интригующую загадку леденящего кровь, но все же, без сомнения, прекрасного волчьего воя…

Кровавый обед волчьей стаи

Как мы знаем, волкам иногда свойственно выть, чем они время от времени с удовольствием и занимаются. Более того, многие из тех, кто живет в сельской местности или ездит в экспедиции, периодически слышат этот вой, который, по моему мнению, просто прекрасен. Однако до сих пор ученые толком не знают, зачем волкам иногда требуется выдавать свое местонахождение таким оригинальным способом. Хотя некоторые догадки на этот счет у зоологов, конечно же, имеются.

Сразу хочу сказать, что речь идет и об индивидуальных вокальных упражнениях каждой особи волчьей стаи и о коллективном вое — когда волки всем "миром" в унисон выводят затейливые мелодии. Впрочем, часто оба этих явления накладывается одно на другое — стоит какому-нибудь волку затянуть унылую песню, как тотчас же вся стая подхватывает ее. Но иногда этого не происходит — "певец" может выводить свои рулады в течение получаса в гордом одиночестве, и никто из товарищей к нему не присоединяется. Почему же в одних случаях волки поют хором, а в других — нет?

Еще в середине прошлого столетия ученые высказали предположение о том, что коллективным воем волки реагируют на отсутствие доминантной особи — таким образом они пытаются позвать вожака. Эту версию подтвердили и наблюдения грузинского зоолога-натуралиста Ясона Бадридзе, который много лет прожил в волчьей стае. В одной из своих статей Ясон Константинович упоминал о том, что после смерти вожака от старости вся стая долгое время слажено и пронзительно выла (вожак ушел умирать в укромный уголок, и, следовательно, саму кончину его сотоварищи не видели). Однако некоторые зоологи оспорили данное утверждение, утверждая, что такая реакция могла быть не на само исчезновение вожака, а на любую стрессовую ситуацию — то есть волки воют просто для того, что бы снять напряжение.

И вот недавно ученые из Центра изучения волков (Австрия) решили поставить точку в вопросе о том, почему же волки воют. В течение нескольких лет исследователи наблюдали за девятью особями Canis lupus , причем работа началась тогда, когда этим животным было всего шесть недель от роду. Когда волчата подросли, зоологи разделили их на две группы, в одной из них было пять волков, а в другой — четыре. Постепенно волчата росли, и между ними стали образовываться дружеские и иерархические связи, то есть кто-то кому-то подчинялся, кто-то с кем-то предпочитал играть, а кто-то — руководил всеми своими сотоварищами. Иными словами, через некоторое время образовались две полноценные волчьи стаи.

Далее ученые начали устраивать своим подопечным весьма долгие прогулки, во время которых одного из них уводили от стаи. Причем такая "выборка" производилась совершенно случайным образом — это делалось для того, чтобы такие умные животные как волки не смогли предугадать, кто именно покинет их во время прогулки. И вот что интересно — через 20-25 минут стая, поняв, что кого-то не хватает, принималась дружно выть. Интересно, что если пропадал доминант, то понять, кто первый начал вой было достаточно сложно, казалось, что волки начинали свою песню одновременно. Ну, а если пропадал кто-то из рядовых волков, то "заводилой" всегда выступал его товарищ, а остальные через какое-то время подхватывали призывную песню. Или же не подхватывали, если пропавший не ладил со всеми остальными членами стаи.

Таким образом, ученые поняли, что для волков вой служит выражением какого-то личного переживания, связанного с социальными взаимоотношениями. Однако они все-таки решили проверить и так называемую стрессовую гипотезу. Зоологи измерили у волков уровень стрессового гормона кортизола во время "пропажи" вожака и рядовых членов стаи. В результате выяснилось, что когда стая замечала отсутствие доминанта, уровень кортизола в их слюне все время повышался. А при отсутствии рядового сородича такового не происходило, однако волки при этом все равно выли, причем иногда всей стаей. Получается, что вой совсем не является стандартной реакцией на любую стрессовую ситуацию — он непосредственно связан с исчезновением сотоварища, вне зависимости от того, какой ранг в стае занимал пропавший.

Таким образом, можно сказать, что волки действительно воют для того, что бы вновь установить контакт с тем, кто для них очень важен — либо с вожаком, либо с близким другом. И, что самое интересное, частенько они делают это без оглядки на товарищей по стае и при этом вовсе не находятся в стрессовом состоянии. Ну, а раз это так, то нельзя считать волчий вой безусловным рефлексом — это в какой-то мере вполне осознанное поведение.

Волк интригует, потому что он не дает себя приручить. Он много сотен лет присутствует в нашей культуре и природе. Эти факты лишь подтверждаются тем, что он фигурирует в распространенных фразеологизмах.

Интервью с профессором Силезского университета, антропологом, фольклористом и меметиком Доброславой Венжовец-Зюлковской (Dobrosława Wężowicz-Ziółkowska).

Polityka: Человек человеку волк; таскал волк - потащили и волка; о волке речь, а волк за гумном; волк в овечьей шкуре. Почему в нашем языке так много волков?

Доброслава Венжовец-Зюлковска: Волк интригует, потому что он не дает себя приручить. Он много сотен лет присутствует в нашей культуре и природе. Эти факты лишь подтверждаются тем, что он фигурирует в распространенных фразеологизмах. Однако смысл разных пословиц со временем стирается, и мы зачастую встречаемся с их неверным, далеким от изначального употреблением. Или с непониманием, упрощением, стандартизацией. Например, выражение «человек человеку волк» относится лишь к одному аспекту волчьей природы: враждебности к другим особям, агрессивному отношению к жертве. По сути, эта пословица больше говорит о людях, чем о волках.

- Так как волк не дает себя приручить, так как мы не разводим его на мясо и не носим его мех, мы пытаемся подчинить его в языке?

Ваши предположения, возможно, верны, но есть еще кое-что другое. Люди наблюдают за природой и делают выводы. Так работает и с волком. Его приручение через дискурс вместе с изучением характера этого животного нашло отражение не только в пословицах, но в мифах, сказках, романах, фильмах. Таким образом, мы включаем его в культуру, в язык и, действительно, каким-то образом используем в собственных нуждах.

- Но лучше «не будить волка»?

В культуре славян издавна было поверье, что если произнести настоящее имя какого-то существа, то через мгновение оно предстанет во всей красе. Поэтому горцы Подгалья боялись произносить слово «медведь» и говорили «он». Он бродит по холмам, Он бродит по лугу. Веру в магическую силу слова можно найти в иудаизме и, например, в современной поп-культуре. Суть такого мышления сводится к убеждению, что каждое существо обладает настоящим и «внешним» именем. И знание настоящего имени дает нам над этим созданием власть. Соответственно, раскрытие настоящего имени - это своего рода акт отчаяния. Народное творчество часто изображает сказочного героя, который взамен за услугу, помощь, которую он оказал во время своих приключений, узнает имя своего помощника. И, как это бывает в сказках, в пограничной ситуации звучит имя этого помощника, он появляется и помогает герою. Это может быть волк или Конек-горбунок, золотой олень и даже яблоня. Любопытно, что чаще всего - это дикие звери.

- Сколько волков живет в Польше?

Специалисты говорят, что 600-700 штук.

- Волк появился в Европе до человека?

Историки культуры, археологи и палеонтологи говорят, что примерно 60 тысяч лет назад волки уже жили на наших территориях. Человек разумный, которым считается кроманьонец, появился в Европе около 50 тысяч лет назад, значит, волк его опередил.

- Полярные волки более невозмутимы и спокойны, чем их пугливые европейские родственники. Это связано с цивилизацией?

Определенно. Волки - очень умные и наблюдательные животные, они быстро обучаются, не имея контактов с человеком, они ведут себя спокойно. В последние 400 лет мы охотились на наших европейских волков и убивали их, поэтому они стали осторожными. Они перестали показываться нам на глаза, почти никто не встречается сейчас с дикими волками, шансов их увидеть почти нет. Люди уничтожают естественные места обитания этих животных. Мы строим автострады, железные дороги, жилые районы, заводы и вторгаемся на их территорию.

- «Они живут группами, создают семьи, в которых есть альфа-особь, устраивают групповые акции и отличаются враждебным отношением к чужакам», - пишите вы в своей книге «Волки и люди». Что нас еще объединяет?

Страх перед волками и отрицательное отношение к ним вызваны, скорее всего, тем, что нам свойственно так много общего. Волк был конкурентом человека: мы охотились на копытных. Кто-то должен был проиграть. Нас объединяет высокий уровень интеллекта, модель родительства. Волки, как люди, заботливо ухаживают за детенышами, находят или создают укрытие, где они могут разместить свое потомство, кормить и учить его. Они очень привязаны к своим родственникам. Они играют, как мы, а во время игр забывают о своих обычных ролях. Они умеют организовывать собственное пространство, человек делает то же самое, но более экспансивно. Нас объединяет и коммуникация: волки умеют звать, предостерегать, передавать информацию. Волчица и волчата общаются очень интенсивно.

- О чем говорят волки, когда они воют?

Они не только воют, они лают, пищат, визжат и издают массу звуков на такой частоте, которую мы не слышим. А говорят они: «Где ты, осторожно!» «Я нашел еду». Они сообщают об угрозе, расстоянии, которое их разделяет.

- Воя на луну, они не сочиняют стихов?

Возможно, это песни. Тоскливые завывания (которые также издают собаки, чувствующие приближение смерти своего компаньона) с точки зрения человеческих категорий можно назвать траурным произведением.

- Когда волк стал собакой?

Этот процесс завершился самое позднее 10 тысяч лет назад. Хотя это не совсем верное определение: мы продолжаем развивать собак, выделяя при разведении полезные нам качества.

- Интересный драматический треугольник: волк, человек, собака. Собака сам выбрала жизнь с человеком или человек ее к этому принудил?

Если можно сказать, что убивать матерей, забирать из гнезд беззащитных щенков, запирать их и приучать к зависимости от пищи, которую дает человек, это не принуждение, то их не принуждали. Относительный симбиоз мог наступить гораздо позднее, когда молодняк появлялся на свет в неволе. Привязанность, преданность, повиновение вожаку стаи - эти биологические черты волков оказались в отношениях с человеком губительными: они стали основой для порабощения и зависимости от человека. И так появилась собака.

- Выиграла или проиграла собака, оставшись с человеком?

Выиграл волк, сохранив свои изначальные ценности, дикость и свободу. Но вопрос кто выиграл, а кто проиграл - это как раз антропоцентрический взгляд, к которому мы привязаны.

- Мы рассказываем детям и себе сказки: «Ну, погоди», «Танцующий с волками», в 80-е и 90-е годы была популярна электронная игра с волком, который ловил падающие яйца. Какое место занимает сейчас волк в поп-культуре?

Волк уступает место вампирам и оборотням, а присутствующий в культуре образ волка - это фигура, с помощью которой мы вводим укрощенную дикость в сферу своей активности. В «Ну, погоди» волк всегда проигрывает, остается в дураках. Жестокость и чрезмерная свобода оказываются побежденными, а адресат, ребенок, радуется: ощущая собственную слабость он ассоциирует себя, скорее, с зайцем.

- А не с курящим сигареты волком.

С ним ребенок может связать все свои страхи, возможно, фигуру строгого отца. В финале заяц убегает. Поп-культурный волк также бывает носителем других ценностей, например, привязанности и солидарности, как в «Танцующим с волками», или романтичной любви, как в «Клыкастой братве». В моих исследований фольклора вырисовывается, однако, несколько другой образ волка, более близкий к интерпретациям Эриха Фромма (Erich Fromm).

- Связанным с Красной шапочкой?

Да, здесь волк - символ мужского начала и того, чего оно хочет добиться. Фромм считает красный головной убор, шапочку, символом менструации. Так появляется рассказ об опасностях, которые подстерегают взрослеющую девушку. Волк старается заставить ее свернуть с указанной матерью дороги, а в финале ест девочку. Приходит лесник, распарывает волку брюхо, освобождает Красную шапочку. Разговор с волком, который переоделся в бабушку, в польском варианте сказки сильно сокращен. Девочка, например, спрашивает волка, почему у него такие большие руки, а он отвечает, чтобы лучше ее обнять. Поедание с точки зрения психоанализа тоже представляет интерес. Изучая фольклор, я пришла к выводу, что поедание, разрывание на части, укусы - это синоним сексуального акта, причем, не только в сказках. Есть такая мазурская песенка: «Лен у бора я полола, боялась волка, волк там рыскал, волк как прыгнул, сделал мне ребенка».

- Молодого человека, который становился косарем, называли Волком.

Это еще одна тема. В этих обрядах, связанных с посвящением в косари, волком называли новичка, чужака, который должен пройти испытания, чтобы стать своим.

- Немного напоминает историю собаки.

Да. Собака постепенно стала нашей, вошла в стаю. Волк остался собой, а для нас стал символом.

- Каким?

Темной стороны нашей природы, связанной с инстинктами. Волк - как дух леса, который бродит между деревьями. Это темное пятно, выделяющееся на фоне снега, что следует понимать как прямо, так и метафорически. Волк - это нечто необузданное, независящее от нашей воли. Мы подчинили себе почти всю природу, но не волка. Это пугает и завораживает. Дополнением его образа служит гипнотизирующий взгляд, необычный голос, умение прятаться и быть невидимым, стремление обходить стороной поселения человека. Это добавляет демонических черт.

- Юзеф Бахуж (Józef Bachórz) подсчитал, что Мицкевич (Adam Mickiewicz) в своих произведениях 394 раза упоминает лошадь, 233 - собаку и 71 - волка. Какого волка?

Разных. У Мицкевича много волков. В самой известной басне «Пес и волк» происходит, например, очень интересный разговор. Голодный волк выходит из леса и спрашивает у сытого пса, как тому живется (по его виду он делает вывод, что его брат хорошо устроился). Пес нахваливает службу у человека, волк слушает и рассматривает пса, а потом замечает след от веревки на шее. Он решает, что «кусок худой на воле без затей обеда рабского вкусней», и убегает в лес. Так заканчивается басня. Если учесть, что в тот период Польши практически не существовало, волк Мицкевича оказывается фигурой патриотического выбора свободы, который не соглашается на привлекательные предложения захватчиков. Но еще есть волк Гедимина (эпизод из поэмы «Пан Тадеуш»: литовскому князю является во сне железный волк, который наводит его на мысль об основании города - Вильно, – прим. перев.) или Гервазий (герой того же произведения, - прим. перев.), символизирующий прирученного волка.

- Как мы можем пробудить волка к себе? И стоит ли это делать?

Мне вспоминается фрагмент стихотворения Йонаша Кофты: «Когда молчишь, молчишь, молчишь, приходит волчий аппетит - к поэзии, что дремлет в нас, возможно». Может быть, волк пробуждает поэзию, которая скрывается под нашим желанием потреблять все, что нас окружает. Я говорю не о сложении стихов, а о поэзии в более широком смысле - понимании мира через призму его истинных имен, а не их заместителей, которыми мы обычно пользуемся.

- Что это значит?

Поэт - это человек, который находит истинные имена окружающих его предметов, умеет проникнуть в сокрытое, втиснутое в штампы. Он говорит, например: «ночь подобна басу, а месяц высок, как сопрано», открывая перед изумленным наблюдателем ночного пейзажа связь между голосом и космосом. Он расширяет наше видение вещей, и в этом похож на ученого, хотя и использует иные инструменты.

- Вы считаете, что нам ближе к собаке, чем к волку.

К сожалению, к собаке. Мы занимаемся автодоместикацией - сами себя одомашниваем, и в связи с этим можем наблюдать регресс человечества. Мы ведем себя, как наши домашние питомцы: объедаемся нездоровой пищей, играем в мячик, а голос и космос нас не интересуют.

- Вся надежда на волка?

Мне так кажется. Конечно, в метафорическом волке, по которому мы иногда скучаем. Это тоска по свободе, независимости, выходу из круга норм, по дикости.

- А желание быть оборотнем?

Это фигура временно плененного в оковах культуры человека, которому ближе к животным.

- Оборотень становится самим собой, но дорого за это расплачивается: он теряет над собой контроль, убивает, его ловят.

Так это выглядит в традиционном изложении. С другой стороны, появляется вопрос, почему этот образ столько лет будоражит наше воображение, что в нем привлекательного. Оборотень пробуждать часть человеческой дикости, начинает жить собственной жизнью, делает такие вещи, которых мы, как культурные животные, в себе не видим, но по которым, возможно, тоскуем.

- Какое качество вы бы позаимствовали у волка?

ЯЗЫК ВОЛКА Слышат волки гораздо лучше человека, и то, что нам кажется невнятным шорохом, для волка - отчетливый звуковой сигнал. Волки издают много разных звуков-они рычат, фыркают, пищат, скулят, визжат, по-разному лают и воют. Назначение этих сигналов разное. Например, рыча, волк сообщает о намерении напасть или, наоборот, активно защищаться. Фырканьем волк предупреждает сородичей об опасности. Чаще всего это сигнал взрослых, адресованный малышам. Заслышав его, волчата прячутся в укрытие или затаиваются. Записан также сигнал к нападению - боевой клич, подаваемый, очевидно, вожаком стаи. Это вселяющий ужас звук, похожий на рычание разъяренной собаки, бросающейся на человека, чтобы укусить. Скулят волчата почти сразу после рождения, если им неуютно- голодно или холодно, почти как маленькие дети человека. Скулить могут и взрослые, когда им плохо. Визжат в основном слабые, низко ранговые волки, когда им угрожают или когда на них нападают более сильные сородичи. Визг "обезоруживает", смягчает нападающего, успокаивает его. А выражая дружелюбие, волки пищат. Все эти сигналы они издают, находясь довольно близко друг от друга- на расстоянии от нескольких сантиметров до десятков метров. Однако, есть у волков и звуковые сигналы "дальней связи"- это лай и вой. Лают волки на крупного хищника (тигра, медведя) или на человека при грозящей им опасности. Но только если опасность еще не слишком серьезная. Так что лай относиться к сигналам предупреждения. Можно сказать, что вой-своеобразное "звуковое лицо" волка.Но и воют волки по-разному.Матерый- очень низко и длинно, отдельная нота звучит не меньше 20 секунд. Это ровный, густой, мощный голос очень сильно воздействует на человека.. Попытаемся дать "вольный перевод" некоторых фраз волчьего языка. Вот сперва тихо затянул свое "у-у-у-у" матерый, словно провода гудят под ветром, звук все крепнет, тон чуть выше, и вот уже на весь лес раздается густой, тягучий вой. Чувствуется мощь здоровенного волчищи. А под конец грозным предупреждением звучит еще более басистое "о-о-о-о" или "о-о-о-а-а": "Слышите, эта мой и моей семьи лес, мой кормовой участок, берегись, чужак!" Волчица воет более коротко, примерно 10-12 секунд. Ее голос тоньше, чем у взрослого самца. Переярки, воя, поскуливают и взлаивают. Их ноты по длительности такие же, как у волчицы, или еще короче. Молодые (прибылые) волчата взлаивают, визжат и взывают. Волки вкладывают в вой совершено определенные значения: угрозу, тоску, отчаяние, грусть, сигнал о пойманной или найденной добыче, призывы, ласковые интонации по отношению к волчатам и др. Волчица, возвращаясь к логову, негромким скулением нежно созывает разбредшихся волчат, на логове она коротко и негромко отвечает воем на вой возвращающегося матерого. Волчица или матерый, заслышав неумелую подвывку, заподозрив извечного врага - человека, резким фырканьем или рыком с клацаньем зубами обрывают неуместный ответный вой переярков или тявканье прибылых, а если они не послушаются мгновенно, то и накажут непослушных. Когда волчата подрастут, сигналы тревоги служат командой подросшим волчатам: "Всем спрятаться и затаиться". Сигнал созыва волчат матерью образно описан В.Бологовым (1986). Звуки напоминают "ау" перекликающихся в лесу женщин, но как бы перевернутые - "у-у-у-у-а-а". Продолжительность небольшая, всего 4-7 секунд.Описывается случай, когда после гибели волчицы около гнезда стал часто появляться матерый и, не доходя до гнезда 300-400 м, издавал для волчат длительный сложный вой с "успокаивающе нежными" интонациями. В последние дни беременности и в первые дни после щенения волчица лежит "крепко", беззвучно. Одинокая волчица во время гона призывно воет, поджидая самца, но услышав его ответ, сама не отвечает и не идет навстречу. Способности волка к определению направления на источник воя таковы, что он с первого раза точно его определяет и, как по пеленгу, выходит на него. Матерый, возвращаясь к логову обычно позже волчицы, издает свой обычный вой, но несколько более слабый, короткий: "Я на подходе". Матерый иногда огрызается на волчат, требующих у него отрыжки, старается отойти, но после вмешательства волчицы все же срыгивает. Заслышав умелую вабу голосом самца или вой конкурента, посягающего на его кормовой участок, матерый с яростным рычанием идет ему навстречу для битвы. Были случаи, когда в азарте он "вылетал" к искусному подвывале с явно агрессивными намерениями. Семейный хор, в котором участвуют все- один из самых впечатляющих "концертов". Их голоса плывут в темнеющее небо и будят в человеке что-то неподвластное разуму. Порой по спине бегут мурашки, причем не от страха, а от какого-то необъяснимого ощущения. Воют волки очень громко, так что человек различет этот звук за 2, 5 , а то и за 4 километра. Сами же "хористы" слышат друг друга с еще большего расстояния- это зависит от погоды. Словно знакомые с теорией передачи информации, они почти никогда не воют, если условия слышимости плохие. Даже пережидают звук летящего самолета, идущего поезда или сильного ветра. Опытные охотники-волчатники неплохо разбираются в волчьем языке, Однако, несмотря на столетия охоты на волка, на многочисленные научные исследования и публикации по биологии и повадкам волков, мы до сих пор не знаем (и едва ли скоро будем знать) многие особенности волчьего языка, способов общения волков. Например, не известны сигналы, которыми пользуются волки при организации и проведении совместных охот. А различная сигнализация совершенно необходима для организации и осуществления волчьих охот, которые весьма разнообразны. При их проведении волки отлично используют условия местности, учитывают особенности поведения своих жертв. С.Корытин и Д.Бибиков считают, что "богатство охотничьих приемов - одна из главных причин необычайной экологической пластичности волка, способности выдерживать интенсивное преследование" Вот один из примеров. Семья-стая при кочевом образе жизни нередко проводит групповые, весьма добычливые охоты. При этом, подобно нашим охотам "загоном", семья-стая разделяется на загонщиков и "стрелков", то есть волков на номерах. Но какими сигналами они организуются, как устанавливается распределение обязанностей кому идти в загон, а кому обходить добычу, становиться на верном лазу и стремительно перехватить жертву? Или как организуется охота на крупного и, опасного зверя, например, лося, когда часть волков отвлекает сохатого с головы, причем они не нападают на него, увертываясь от копыт и рогов, но не дают ему хода, а другие волки нападают сзади и с боков? Рвут промежность, бедра, живот и бока, в результате чего жертва погибает от потери крови. Известен случай, когда на морозе от хваток волков сзади и с боков, кровь вперемешку со снегом замерзала на задних ногах лося, превращая их в кровавые тумбы. О высокой организации групповых охот свидетельствует и следующее. Несмотря на то, что такие волчьи охоты производятся систематически, мы ни разу не видели волков, погибших от копыт или рогов или следов их поражения. Публикаций о гибели волков от лосей или оленей, насколько нам известно, нет, а красивые картины об этом, скорее, придуманы. Гибель волков во время охоты, конечно, бывает, но чрезвычайно редко. Неоспоримо, что столь разумные приемы многочисленных коллективных волчьих охот могуг быть организованы и проведены только с обменом информацией, подачей еще неизвестных команд или очень тихой звуковой сигнализацией, то ли совершенно бесшумно, мимикой, прикосновениями, телодвижениями, то ли каким-либо иным способом. Именно необыкновенно развитая система сигнализации (обмена информацией) обеспечивает тесно сплоченной семье-стае высокую эффективность коллективных охот, а следовательно, и выживаемость в самый трудный зимний период. Как отмечалось выше, даже в той части звуковой сигнализации, которую может слышать человек, еще много неясного. Но совсем неизвестна нам вполне вероятная гамма волчьего языка на частотах, не слышимых человеком. А ведь известно, что волк иногда принимает позу для воя, запрокидывая голову, но самого воя при этом люди не слышат. До сих пор подлинное значение воя в жизни стаи до конца непонятно. Ясно, что соседние семьи оповещают им друг друга о своем присутствии и так избегают нежелательных встреч.Но самое важное, что именно вой создает общее гармоничное настроение в стае. Этим роль воя похожа на роль музыки для людей. Может, поэтому-то он и воздействует на нас так сильно.